Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Амаркорд по-корейски – Weekend – Коммерсантъ

В прокат выходит «Минари», история о корейских фермерах-переселенцах в Арканзасе в 1980-х, получившая шесть номинаций на «Оскар». Отчасти автобиографический фильм, снятый американцем Ли Айзеком Чуном, сыном южнокорейских иммигрантов, уже получил «Золотой глобус» в номинации «Лучший фильм на иностранном языке», что породило очередной виток дискуссии о том, кто и кого считает сегодня иностранцем

Маленький Дэвид И смотрит в окно машины на неспешно текущий зеленый пейзаж. Пастбища за заборами, тучные коровы, ангары для тракторов, сараи с сеном. За рулем — мама Дэвида Моника, рядом на заднем сиденье — старшая сестра Анна. Перед их машиной — грузовой фургон, за рулем которого папа Джейкоб. Это он затащил семейство в глушь — к новому дому в чистом поле (на самом деле новое жилище больше похоже на длинный вагон, снятый с колес и переоборудованный под семейное гнездо).

Семья И — иммигранты из Южной Кореи, сначала они жили в Калифорнии, где родители сортировали цыплят на птицефабрике (у Джейкоба это получалось лучше, чем у Моники), но вот решили переехать в местечко попросторнее — на плато Озарк. У отца семейства всегда было желание из хорошего работника превратиться в хозяина своей судьбы, воплотить в жизнь американскую мечту. Здесь, в изумрудно-зеленом Арканзасе, у него будет своя ферма. Банк дал кредит, и идея выращивать корейские овощи для местных корейцев кажется Джейкобу рецептом успеха. Конечно, на пути к этому успеху будет много трудностей, главная из которых заключается в том, что собственная семья в Джейкоба не особенно верит. По мнению жены, уж лучше смотреть целыми днями на цыплячьи задницы (их работа заключается в определении пола птенцов), чем ждать неизбежного разорения на пересохших грядках посреди континента.

Спродюсированный кинокомпанией Брэда Питта Plan B и взятый в оборот модным независимым лейблом A24 «Минари» в карантинном году стал одним из самых важных фильмов оскаровской гонки. У американской картины, герои которой чаще всего изъясняются на корейском, целых шесть номинаций. В их числе и актерские — успевающий работать и в США, и в Южной Корее Стивен Ян может, например, стать первым американским актером азиатского происхождения, удостоившимся главной американской кинонаграды за мужскую роль. Хорошие шансы и у исполнившей роль бабушки Юн Ё Чжон (ее российский зритель знает по фильмам Хон Сан Су). А постановщик и автор сценария Ли Айзек Чун вполне может стать вторым подряд лучшим оскаровским режиссером из Южной Кореи. В марте 2020-го победил Пон Чун Хо с «Паразитами», а уже в этом году рекламная кампания «Минари» использует ту знаковую победу: Пон и Ли беседуют о кино в YouTube-канале могущественной голливудской газеты Variety.

И все же этих двух режиссеров многое разделяет. Ли, в карьере которого было уже несколько заметных фильмов (дебютный «День освобождения», снятый в Руанде и посвященный памяти о геноциде тутси, участвовал в Каннском фестивале 2007 года), в отличие от Пон Чун Хо, родился и стал режиссером именно в США. «Минари» — во многом история его родителей, переехавших в Арканзас в 1980-х. Мы видим ее глазами Дэвида, младшего члена семьи И, в котором можно узнать автора. Поэтому его отношения с прибывшей из Азии бабушкой, его стыдно промоченные во сне простыни, его разговоры с сестрой (она как-то всерьез спрашивает: «С кем бы ты хотел жить — с мамой или папой?» — и мы понимаем, что в этой в семье все не так уж радужно) для режиссера важнее, чем борьба отца с ирригацией и прополкой помидоров. Ли удается рассказать о трудностях ассимиляции с метровой высоты семилетнего возраста: высокая трава Арканзаса то и дело лезет в объектив, требуя от зрителя определенной работы зрения. Тут, как с цыплятами, которых рассматривают Джейкоб и Моника на птицеферме, нужно все-таки дать себе труд, чтоб понять, что к чему: разглядеть в курице курицу, а в петухе петуха.

О многом говорит и название: минари — это корейская трава, из которой готовят салат и суп. Судя по фильму, она растет там, где с трудом выживают другие растения, и история, названная в ее честь, рассказывает о попытках укорениться на земле, среди не то чтобы враждебной — Арканзас скорее вежливо безразличен к новеньким,— но все-таки чуждой культуры. Американскому зрителю фильм дает редкий шанс взглянуть на себя глазами переселенца, постороннего, который хочет стать своим. Увидеть трогательного деревенского юродивого в исполнении Уилла Паттона (он играет работающего на Джейкоба ветерана Корейской войны), побывать на воскресной службе в местной церкви или у врача в Оклахома-Сити, усомниться в научной обоснованности поиска воды с помощью лозы. Идеальная интерпретация удивленного чужого взгляда в эпизоде, когда бабушка смотрит по телевизору рестлинг в совершенной уверенности, что ряженые силачи на ринге поубивают друг друга в прямом эфире. Это остранение скрадывает идиллию происходящего — предохраняет режиссерские фантазии и воспоминания о 1980-х («Минари» для него своего рода «Амаркорд») от излишней сентиментальности.

Любопытно, что, несмотря на верность американской кинотрадиции (ведь это же, по сути, вестерн, кино об освоении новой земли), несмотря на выстраданные индустриальные и социальные перемены последних лет, «Минари» все еще выглядит на церемониях наградного сезона странным гостем. Ему удивляются: герои ассимилироваться сумели, а вот кино все еще попадает в ловушку отживших идентичностей. На церемонии «Золотого глобуса», например, «Минари» курьезно дали приз в номинации «Лучший фильм на иностранном языке» (ее сочли более уместной, чем номинацию «Лучший драматический фильм»). Вручение всколыхнуло новую волну дискуссий о справедливости существующей наградной системы и способности институций к переменам. Теперь и оскаровским академикам предстоит разобраться, что важнее: прописка производственной компании, язык, на котором разговаривают герои, декларируемые академией ценности или художественный уровень фильма, режиссер которого на своем опыте убедился, что минари растет даже в самом суровом грунте.

Источник: Коммерсант