Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Не так страшен ТУР, как его проект – Газета Коммерсантъ № 125 (7087) от 20.07.2021

Внимательное изучение экспертами правил углеродного регулирования, опубликованных Еврокомиссией в конце прошлой недели, показывает, что они заметно мягче, чем ожидалось, как и оценки будущих потерь России от их реализации. Платежи за углеродоемкую продукцию запускаются лишь с 2026 года для ограниченного числа отраслей — вице-президент ЛУКОЙЛа Леонид Федун уже заявил, что нефтегазовые компании «глубоко выдохнули». Часть наблюдателей полагают, что в таком виде трансграничное регулирование ЕС выступает антистимулом для декарбонизации углеродоемких производств развивающихся стран. Другие напоминают о глобальном тренде — в КНР запущена национальная система торговли сокращениями выбросов, США также готовит введение трансграничного углеродного платежа,— и игнорирование его Россией лишь увеличит потери в будущем.

Сверхэмоциональная реакция российских чиновников и РСПП на опубликованные 14 июля Еврокомиссией правила трансграничного углеродного регулирования (ТУР, см. “Ъ” от 15 июля) оказалась преждевременной. Документ оказался заметно мягче проекта, который распространяли СМИ накануне, комментаторы же явно не успели с ним ознакомиться. Изучив за выходные 291 страницу, аналитики обнаружили: речь о начале сборов с экспортеров углеродоемких товаров в ЕС с 2023 года и охвате ими выбросов парниковых газов при производстве и потреблении энергии и тем более при всем жизненном цикле товаров в нем не идет. С 2023 года ТУР затронет лишь поставщиков железа, стали, алюминия, удобрений, электроэнергии и цемента. Реальные платежи (они увеличат доходы бюджета ЕС в 2025–2030 годах на €1,6–2,1 млрд в год) стартуют в 2026 году, а доля бесплатных разрешений на выбросы для европейских производителей и экспортеров (часть ежегодной квоты) в системе углеродной торговли ЕС (EU ETS) с 2026 года начнет сокращаться на 10% в год, но сохранится до 2035 года.

Уже вчера вице-президент ЛУКОЙЛа Леонид Федун заявил, что нефтегазовые компании «глубоко выдохнули» после появления документа, так как для них сбора пока нет, но видят отчетливые перспективы переориентации экспорта углеводородов на азиатские рынки в ближайшем десятилетии (см. «Ъ-Онлайн»). С этим согласен глава департамента мировой экономики ВШЭ Игорь Макаров. То, что ТУР с 2026 года не будет применяться к углеродному следу компании, позволит «переупаковать» активы и процессы, экспортируя в ЕС наименее углеродоемкую продукцию, и это, «а не поддержка углеродного регулирования в РФ станет основной стратегией российских компаний, против же введения цены на углерод в РФ они будут бороться еще сильнее, полагает он.

Аналитики снизили и оценки потенциальных потерь, которые понесет РФ от введения ТУР. Впрочем, в КПМГ, где оценивали их в €4–6 млрд в год, говорят, что понизят краткосрочные потери, но учтут рост цен на углерод в EU ETS из-за сокращения выпуска бесплатных квот. В документах ЕС один из сценариев предполагает, что экспорт затрагиваемых ТУР товаров из РФ в ЕС может сократиться к 2030 году на €4,2 млрд. Косвенные же последствия ТУР, в том числе для транспорта и энергетики, остаются неисследованными. В McKinsey убеждены, что с 2026–2027 годов требования системы вырастут — добавятся новые отрасли, бесплатные квоты сменятся налогом, охват выбросов вырастет, как и цена тонны сокращений, к которой привязаны платежи ТУР (см. график).

Рассчитывать на успех планов Минэкономики оспорить ТУР в ВТО, как и на другие «технические» ходы, видимо, не стоит — организация находится в кризисе, а учет поглощения СО2 российскими лесами конструкцией ТУР не предполагается (см. справку). Более того, планы США по введению собственного трансграничного налога и запуск Китаем торговли квотами поддерживают мировой тренд, уклониться от которого будет все сложнее. При этом эксперты согласны с мнением директора «Центра энергоэффективности—XXI век» Игоря Башмакова о том, что основной риск от введения ТУР для РФ не платежи, а сжатие рыночных ниш на рынках ЕС, в том числе на фоне выравнивания цен на продукцию, произведенную в и вне ЕС, и рост предложения европейских производителей. И если российские чиновники и бизнес продолжат игнорировать этот тренд, они могут не только потерять рынки и усилить технологическое отставание, но и уступить КНР свою долю в многомиллиардных расходах ЕС и США на декарбонизацию торговых партнеров (см. “Ъ” от 11 мая).

Источник: Коммерсант