Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Третьего не Danone – Газета Коммерсантъ № 77 (7039) от 30.04.2021

29 апреля в режиме видеоконференции состоялась встреча президента России с руководителями ряда ведущих компаний Франции, входящих в ассоциацию «Франко-российская торгово-промышленная палата». На фоне скандалов с малыми европейскими странами эта встреча, считает специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников, имела особое значение.

Встреча с французскими бизнесменами в рамках «Франко-российской торгово-промышленной палаты», которая планировалась накануне, оказалась по всем признакам очень кстати: пока против России восстали малые страны новой Европы (Прибалтика да Чехия с Болгарией), бизнес-гиганты старой Европы невозмутимо встречаются с российским президентом и обсуждают, как жить еще лучше, чем прежде.

При этом дела-то и с ними так себе.

— Франция как была, так и остается одним из ключевых экономических партнеров России,— заявил господин Путин и признал неизбежное: — Она занимает среди государств Евросоюза почетное, но не самое достойное, я считаю, для Франции место: шестое место по объему накопленных прямых инвестиций в российскую экономику и пятое по товарообороту.

Возникли даже упреки, причем, по сути, к Эмманюэлю Макрону:

— Несмотря на некоторое снижение взаимной торговли по итогам 2020 года (у нас здесь минус 14% по отношению к 2019 году), ее показатели по-прежнему в целом приемлемые — $13 млрд. Французские капиталовложения в России достигают почти $17 млрд…— констатировал Владимир Путин.— Кстати говоря, российские во Франции — 3 млрд… Могли бы быть и больше, думаю, если бы французские регуляторы, государственные власти так же относились к российскому бизнесу, как в России относятся к французскому.

Российский президент высказался и на самую резонансную тему:

— При участии компаний из вашей страны, уважаемые господа, реализуются знаковые совместные проекты: такие как строительство заводов по производству сжиженного природного газа «Ямал СПГ» и «Арктик СПГ-2», а также прокладка «Северного потока-2». Мы знаем, что, к сожалению, вокруг этого проекта очень много различного рода политических спекуляций, но хочу подчеркнуть еще раз: это чисто экономический проект, не имеющий ничего общего с политической конъюнктурой сегодняшнего дня.

И главное, ведь все-таки достраивается, невзирая на политическую конъюнктуру, генерируемую со всех сторон. И видимо, будет достроен. Российский президент решил попутно лишний раз, видимо, уничтожить (пока морально) тех, кто до сих пор не понимает, зачем он должен быть достроен. Объяснял, а точнее, уничтожал прямо на пальцах:

— Да, вокруг него много всяких разговоров, связанных, на мой взгляд, прежде всего с попытками недобросовестной конкуренции на европейском рынке. Используются всякие политические силы, которые считают, что электричество берется прямо из электрической розетки. А как оно туда попадает, никто не вдается в подробности.

У нас был такой писатель-классик Салтыков-Щедрин, у него был персонаж, генерал, который в лесу оказался, и он посылал своего денщика за булочками, полагал, что круассаны и булочки растут на деревьях.

По-моему, некоторые политические силы считают, что так же и электричество берется просто из розетки. Надеюсь, мы преодолеем и эти сложности… В планах сооружение на Сахалине завода по производству водородного топлива. Мы находимся вместе с вами в тренде сегодняшнего дня,— обнадежил господин Путин собравшихся у своих компьютеров бизнесменов.

Владимир Путин нашел интересный плюс для французов в инвестициях в российскую экономику:

— В планах запуск программы «золотых виз», в рамках которой имеется в виду выдавать вид на жительство в обмен на инвестиции в реальную экономику! Вы знаете, эта практика применяется во многих странах. Мы подумали: почему бы не применить и у нас?

Было бы преувеличением сказать, что французские бизнесмены чрезвычайно оживились на этих словах.

Сопредседателем экономического совета «Франко-российской торгово-промышленной палаты» работает Геннадий Тимченко (ему мы, видимо, и были обязаны прежде всего тем, что эта встреча состоялась).

Позитивные примеры сотрудничества с французским бизнесом были у господина Тимченко безукоризненны:

— Так, например, компания Air Liquide обеспечивает кислородом множество лечебных учреждений, в том числе ковидный госпиталь в Коммунарке,— доложил он.

А что, собственно говоря, может быть выше этого?

— Компания Danone,— продолжил Геннадий Тимченко,— передала более 167 тонн продукции в больницы. В разных форматах все присутствующие здесь компании участвовали в этой войне за жизнь, если можно так выразиться.

Да, можно. У нас к этому привыкли.

— Спасибо вам, уважаемый господин Тимченко,— поблагодарил российский президент коллегу, выделяя, казалось, каждое слово в этом предложении.

И он передал слово Патрику Пуянне, гендиректору компании Total.

— 14 представителей компаний сегодня собрались в офисе Total,— сообщил тот.— Вы видите их на своих экранах. Еще двое подключились из других точек земного шара. И хотя мы сегодня встречаемся в таком цифровом формате, конечно, нам всегда приятнее приезжать к вам в гости в Кремль (бизнес, конечно, при любой погоде любит и умеет приезжать в гости к властям страны, где делает деньги.— А. К.). Будем надеяться, что это получится в следующем году, если все усилия, которые сейчас по всей планете принимаются, позволят нам все-таки взять под контроль пандемию… Если все мы вакцинируемся! — вырвалось вдруг у господина Пуянне.

Патрик Пуянне во всех смыслах был хорош:

— Мы, экономические операторы, полагаем, что в интересах всех было бы, чтобы и Россия, и Франция, и вся Европа не были разделенными, не были изолированными. Это вызов сегодняшнего дня!

Да, и не факт, что с ним удастся справиться хотя бы завтра.

А послезавтра уже будет, может, все равно.

Потому что все начертают и пересекут свои же красные линии.

Источник: Коммерсант