Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Тутберидзе, Глейхенгауз и Дудаков в Вечернем Урганте: шутки про учеников, прозвища тренеров, парное катание — Новости Фигурного катания — Зимние — 23.04.2021

Источник: Instagram

Этери Тутберидзе, Даниил Глейхенгауз и Сергей Дудаков стали гостями шоу «Вечерний Ургант». Причем в зале сидели исключительно воспитанники «Хрустального», которые встретили свой тренерский штаб оглушительными аплодисментами.

Дудаков: Ну что, по домам?

— Нет, стойте. Ребята, давайте истерику остановим, вы каждый день видите эту троицу, они вас тренируют. Скажите, все пришли добровольно или был общий сбор?

Тутберидзе: Общий сбор.

Во время загрузки произошла ошибка.

— Спасибо вам, всем троим, потому что благодаря вам мы какие-то очень гордые ходим в последнее время. Этери Георгиевна, я смотрю на вас, а вы на меня смотрите с подозрением, как будто вы от меня какой-то подвох ждете.

Тутберидзе: Жду.

— Почему это вы ждете от меня подвох?

Тутберидзе: Ну, обычно он есть на вашей передаче.

— Вы же к Познеру ходили, заходили в клетку к тигру!

Тутберидзе: А не было подвоха (улыбается).

— Мне сказали добрые языки, что когда вы ходили к Познеру, вы смотрели его многие интервью, вопросы, которые он задавал женщинам, и готовились.

Тутберидзе: Готовилась и выписывала вопросы по Прусту, я готовилась, а в итоге меня спросили «черное или белое», «кошка или собака»…

Глейхенгауз: Но вы же справились.

Тутберидзе: … «восход или закат».

— А после этого — что скажешь Богу?

Тутберидзе: Да, и все (улыбается). Я так поняла, ко мне отнеслись как к спортсмену.

— Сегодня вы готовились к интервью?

Тутберидзе: Нет, не готовилась.

— Молодец! Пересматривали наши программы?

Тутберидзе: Нет.

Во время загрузки произошла ошибка.

— Давайте представим, что я — фигуристка, мне проще и вам проще. Я собираюсь делать новую программу, для Олимпийских игр. Расскажите, что происходит дальше, какой порядок действий, за какие действия отвечает каждый из вас?

Тутберидзе: Ну, вначале мы вас спросим, как вы себя видите, в каком образе, в какой музыке, что бы вы хотели…

Глейхенгауз: Чего хочет девочка?

Тутберидзе: Да. Ну, а потом все равно сделаем то, что лучше.

Дудаков: А я просто вижу конечный продукт.

— Я могу выбрать музыку?

Тутберидзе: Да.

— Сказать: я так люблю корейскую группу BTS. Что вы мне ответите?

Тутберидзе: На показательный (улыбается).

— Вы сначала придумываете музыку? Кто отвечает за музыку?

Глейхенгауз: За музыку в большей степени отвечаю я. Но мы всегда делимся друг с другом идеями, поэтому если музыку находит Этери Георгиевна, дает послушать мне…

— То она вам всегда нравится.

Глейхенгауз: Приходится так говорить, да (смеется).

Тутберидзе: Допустим, я могу придумать образ без музыки. Или я вдруг приношу музыку, она мне нравится, но к ней надо что-то еще или как-то. В общем, это совместный процесс.

— Сергей, а для чего вы?

Дудаков: А я просто оцениваю (смеется).

— Мне сказали, что Сергей — самый скромный человек на Земле. Этери, расскажи, что делает Сергей, если он сам не хочет говорить.

Тутберидзе: Он тренирует ребят, пока мы в постановках, работает на удочке — мы этого не делаем.

Глейхенгауз: Это лучший удочник мира!

Во время загрузки произошла ошибка.

— Выбрали музыку, начинаем готовить номер, да? Дальше структура номера, как это?

Глейхенгауз: Это уже у нас в голове есть.

Тутберидзе: Да, последовательность элементов, конечно, мы сразу продумываем, дальше стараемся, чтобы это совпало с акцентами, с музыкой, с образом. А потом спрашиваем Сергея Викторовича, тут чего и как?

Дудаков: Я говорю: срочно переделать!

Глейхенгауз: И на показательный (смеются).

— Кто из вас сказал: «Вот, они прыгают тройной, а давайте четверной, пришло время»?

Глейхенгауз: Наверное, было так: так как мальчики уже прыгали четверные, а девочки еще нет, то когда девочки начали у нас на глазах прыгать тройные намного выше, чем раньше, им это давалось легче…

Тутберидзе: Каскады лучше стали.

Глейхенгауз: Да, то стала в голове закрадываться мысль, почему они не могут сделать четверной? Для этого у нас был Сергей Викторович, который мог бы подстраховать.

— Сергей Викторович стоял с удочкой рядом?

Дудаков: Все время. Порой мне кажется, что сплю с ней (улыбается).

— Сергей Викторович, идиотский вопрос: вы рыбачите?

Дудаков: Ни в коем случае, нет времени (смеется).

— Несколько лет вы ходили на корабле, был круиз по Карибскому бассейну, внутри этого корабля был каток…

Дудаков: Да, маленький, примерно 1/6 нашей стандартной площадки.

— И на нем обладатель звания «Золотой конек Загреба» 1990 года…

Дудаков: Ух ты, ничего себе, очень приятно (смеется).

— Я знал, чем вас порадовать! И что вы делали?

Дудаков: Катались под музыку, номера, прыгали, улыбались, танцевали — все как обычно.

Тутберидзе: На такой площадке можно делать все, нужно просто привыкнуть.

Во время загрузки произошла ошибка.

— С какого возраста к вам приводить ребенка и понять, талантлив ли он?

Тутберидзе: Нет, начинать кататься он должен года в 4. А вот чтобы понять, талантливый он или нет… Я до сих пор не знаю, они (показывает в зал) с талантом или нет (смеется).

— Вы хотите обратно в автобусе ехать в гробовой тишине?

Глейхенгауз: Я вообще думал, что сейчас все встанут и уйдут (улыбается).

— Вы что? Мы знаем. Вы скажите, в ком сомневаетесь? Я вам скажу, талантливый или нет.

Тутберидзе: Ну, посмотрим. Это же еще не конечный продукт.

— Если бы у меня был хоть какой-то шанс быть девочкой и быть у вас в группе, я бы им воспользовался. Правда ли, что вы начинаете работать в парном направлении?

Тутберидзе: Ну, это интересно. Мне кажется, там какой-то пробел.

Глейхенгауз: Это нужно заполнить, видимо (смеется).

— Какой, Этери Георгиевна?

Тутберидзе: Ну, мне так кажется. Я просто вижу, что парники, к сожалению, почему-то плохо прыгают. Конечно, они очень много времени тратят на парные элементы, но, в принципе, если их правильно поддерживать, они будут лучше прыгать и, наверное… И не всегда мне нравятся программы. Мне кажется, время немного ушло вперед, а какие-то пары остались.

— Я понял. Вы просто увидели для себя непаханое поле и готовы туда идти.

Тутберидзе: Да, это интересно.

Во время загрузки произошла ошибка.

— Мы набрали ваших разных фотографий, на каждой фотографии вы в разном пальто. Этери Георгиевна, чего у вас больше: учениц или пальто?

Тутберидзе: Пальто (смеется).

— Ваши ученики называют вас как-то? Есть прозвище у вас троих? Вы же знаете. Это очная ставка, они сейчас все здесь сидят. Они в масках, не всех узнаем. Как они вас называют за глаза, какие-то прозвища у вас есть?

Глейхенгауз: Ну, точно есть аббревиатуры.

Тутберидзе: У нас?

Глейхенгауз: Ну, да.

— А вы не знали?

Тутберидзе: Нет (улыбается).

Глейхенгауз: Ну, там все просто: ЭГ, ДМ.

Тутберидзе: А, это.

Глейхенгауз: Нет, думаю, что есть и другие, но мы о них не знаем.

— Королева, красавчик и рыбак, нет таких?

Дудаков: Рыбак — это я (смеется).

Тутберидзе: Теперь появятся, спасибо.

— У меня есть фотография из GQ, на ней Даниил. Получается, что у него тоже есть пальто.

Глейхенгауз: К сожалению, нет. Это так, поносить давали (смеется).

— Сергей, у вас же тоже есть такие фотографии, почему вы не пошли в GQ?

Дудаков: Не позвали.

Во время загрузки произошла ошибка.

После рекламы Этери Георгивна сказала Ивану: «Нужно еще отобраться».

— Еще нужно отобраться. Мы с Этери так по-простому говорим, как едем на Олимпиаду и в чем выступаем. Этери Георгиевна говорит: «Вань, ты как думаешь, какую брать музыку?» Я говорю: «Ну, я сейчас еще сам не знаю». Такой у нас здесь разговор. Но надо еще отобраться, вы говорите. Сложная это задача?

Тутберидзе: Ну, это первая задача. Надо вначале отобраться. Желающих много, а всего три места.

— От страны три места?

Тутберидзе: Да. И еще командная Олимпиада, там тоже будет определяться состав.

— Есть шансы победить? Я что-то не могу понять по вашему грустному выражению лица, мы как-то верим в вас. Шансы хоть какие-то есть? Вы не хотите говорить, чтоб не сглазить?

Тутберидзе: Слушайте, нет. Мы, наверное, будем делать максимально, что можем, а дальше с вашей помощью.

— С нашей. Правда, мы помогаем вам.

Затем Этери Георгиевна, Даниил Маркович и Сергей Викторович сыграли в небольшую игру: Иван читал определения, а участники поднимали таблички со словами «я» или «не я».

— Кто из вас называет воспитанников «мои дети»?

Тутберидзе: Не я.

Глейхенгауз: Я.

— Кто из вас радуется, когда отменяется тренировка, можно подольше утром поспать?

Тутберидзе: Я.

Глейхенгауз: Я.

— Кто из вас, когда у него выходной, может пойти на каток?

Тутберидзе: Я.

Дудаков: Не я.

Глейхенгауз: Не я.

Во время загрузки произошла ошибка.

— Кто из вас чаще других приходит в kiss & cry с сумочкой?

Тутберидзе: Я.

Дудаков: Не я.

Глейхенгауз: Не я.

— Кто из вас в инстаграме подписан на Илью Авербуха?

Тутберидзе: Не я.

Дудаков: Не я.

Глейхенгауз: Не я.

— Кто бы хотел, чтобы в честь него назвали элемент в фигурном катании «тройной тутберин»?

Тутберидзе: Не я.

Дудаков: Не я.

Глейхенгауз: Я.

Источник: Mail.ru